ruende

Секрета нет, по всему миру после распада СССР, из-за отсутствия двух соревнующихся между собой систем, ситуация изменилась.  Наличие советской системы стимулировало  мир капитала на заигрывание с рабочим классом.

Теперь этого нет,  началось тихое постепенное наступление на профсоюзы. Трудовое законодательство многих стран довольно долго шлифуются, многие европейские станы через своё присутствие в социал-демократических партиях, с оглядкой на советскую модель, успели добиться больших успехов  в вопросах трудовых отношений. Не всё было плохо  при Советах.

   А теперь работодатели начали возобновлять свои попытки уменьшить социальную защищённость и права работников. Те страны, где традиционно были сильные завоевания профсоюзов - это, к примеру,  Швеция,  Дания,  Германия, и где было сильное трудовое законодательство, там тоже начинаются проблемы. Приходят к власти более правые  партии, которые  реформируют трудовое законодательство. И Россия не стала исключением. Наши противники условные - работодатели,  совершенствуют свои методы и формы  цивилизованным путём, путём изменения законодательства, но одновременно с общего согласия. И сейчас  понятие «заёмный труд» в мире - это та форма трудовых отношений, к которой стремится каждый капиталист, работодатель, акционер.

Это наиболее удобная форма, при которой можно эксплуатировать человека, не неся социальной ответственности. Дать работодателям большую степень свободы и отобрать у человека последнее его возможности, лишить защитных функций, которые гарантирует государство. Если этот  процесс не останавливать, он поглотит весь мир. Но противостоять ему  во многих странах оказалось практически невозможно.   Профсоюзы приспосабливаются работать в этих условиях. Но у нас есть надежда, что мы сможем этот процесс остановить. Закон «Исаева-Тарасенко»  в ближайшее  время будет принят во втором и третьем чтениях. Вне всякого сомнения, его в Госдуме уже «приласкали и пригладили». Но основная суть: запрет на продажу труда работника через  посредников - без социальной ответственности за человека, - такие гарантии в проекте закона сохранены.  

   Недавно мы разговаривали с Михаилом Тарасенко. Он пришёл очень довольный с заседания комитета Госдумы «По труду, социальной политике и делам ветеранов»  и рассказал, что там шли долгие и непростые дебаты, тем не менее, законопроект подготовлен ко второму и сразу к третьему  чтениям.   Профсоюзы будут принимать все меры, чтобы документ в весеннюю сессию, может быть до мая, был рассмотрен. В ходе дебатов оказана та модель, которая удобна для нас.  После лоббирования интересов разными  фракциями, осталось два направления. Один подход:  разрешить заёмный труд, но составить перечень, что туда не должно входить. Вроде бы нормальная мысль. Но идея, прописанная в проекте закона «Исаева-Тарасенко» и тех, кто помогает лоббировать этот закон, заключается  в том, что заёмный труд должен быть запрещён, при этом следует  списочно оговорить, что может квалифицироваться, как заёмный труд. Поверьте, это гораздо лучше! Нельзя сделать совершенных списков, возможно, будут какие-то дополнения, но в целом на заёмный труд - запрет. Хуже будет, если его разрешить. Когда закон будет принят - он станет ярким показателем в мировом профсоюзной движении.  На то, что сейчас происходит в Госдуме с проектом «Исаева-Тарасенко» практически смотрит весь мир. Нет ещё аналогов запрещения заёмного труда. У нас  это может произойти, конечно, не в том идеальном виде, в каком это планировалось, но, тем не менее,  серьёзно приостановить развитие пагубных форм трудовых отношений с принятием этого закона мы можем. Наши работодатели, в больших масштабах не использующие гибкие формы труда, спят и видят, как они их будут использовать. Их основная цель: если не через этот закон, то через реформирование трудового законодательство, сделать его более лояльным не по отношению к работнику, а для развязывания рук работодателям. И поверьте, есть такая разработка, которая пока не является документом: концепция реформы трудового законодательства. Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) уже «вывалил» свои идеи на рассмотрение рабочих групп трёхсторонней комиссии. Если они будут одобрены, завтра мы все станем рабами, и не более того - бесправным скотом, извините за грубое сравнение! Этому надо противостоять на всех уровнях и везде - по разному. Да, очень высокая ответственность на Федеральном уровне. Нашим специалистам, специалистам других профсоюзов, нанятым специалистам и экспертам приходится очень много ходить по рабочим группам, чтобы разобраться в этих вопросах. Но противостояние должно происходить и на других уровнях нашей структуры, в том числе и здесь, на уровне первичек. 

  У нас  в алюминиевой подотрасли появились некоторые элементы заёмного труда - частные агентства занятости. Там уже действует прообраз «смена плюс» - определённая сезонность в работе, хоть это и не сельское хозяйство.  Во время пиков частные агентства дополнительно принимают на работу людей. Но если раньше это были рабочие низкой квалификации, то сейчас через агентства приходят профессионалы, замещающие на рабочих местах своих коллег, которые трудятся на постоянной основе. Возникает нездоровая конкуренция. Работодатель размышляет: а зачем  нам нужен такой «постоянный» труженик,  если, когда потребуется, я возьму с улицы других работяг, которые дешевле мне обойдутся?! И некоторые так и поступают.  На этом уровне со стороны самих работников должно идти противодействие: мы не будем работать через частные агентства занятости. Будьте  любезны, дайте нам стабильные рабочие места с гарантированным соцпакетом. Для этого  у вас есть всё и не надо хитрить!

   Сейчас у нас идёт трудовой спор на Коршуновском ГОКе.  Он ещё не разрешён, но речь идёт о том, что согласно постановления № 870, тогда ещё председателя правительства Владимира Путина, работодатель обязан установить для категорий работников, задействованных  во вредных и опасных условиях труда, 36-часовую рабочую неделю вместо 40-часовой.  В нашей отрасли во многих местах люди работали по 40 часов в неделю, и это было, в общем-то, нормально. Но из-за несовершенства документа, категорию, значительную по численности, надо перевести на 36-часовую рабочую неделю. А это означает, что компания должна будет принять ещё одну смену работников, но работодатели не идут на это. Суд первой инстанции на Коршуновском ГОКе выигран. И у наших коллег теперь есть  «скрытая дубинка», которую можно использовать при переговорах.  Если по некоторым вопросам они не смогут достичь договорённости с работодателем, профсоюз может на законном основании настоять на переводе нескольких тысяч человек на сокращённую рабочую неделю.

   Конечно, на каждом уровне структуры надо бороться за свои права, и понимать, что сама по себе ни одна проблема не рассосётся. Предлагаемая РСПП реформа трудового законодательства, а в их предложениях это рассматривается, как изменение текста трудового кодекса почти на 80 процентов, конечно неприемлема. И не исключены варианты, когда для отстаивания определённых  позиций профсоюзов, мы вынуждены будем выходить на баррикады, на улицу. Законодательство нам не разрешает делать это одновременно и повсеместно, - найдём другие формы. Если мы сегодня  не будем противостоять этим процессам, завтра не будет профсоюзов, послезавтра положение рабочих сровняется с положением жителей какой-нибудь Новой Гвинеи.

  Но не надо считать, что всё у нас так плохо. Работа ведётся и будет продолжена. Сил и аргументов, других рычагов влияния у нас пока достаточно, включая и чьи-то личные взаимоотношения, для того, чтобы противостоять этим переменам.

Аутсорсинг - непростой вопрос.  Большинство наших предприятий не один раз прошли путь разъединения и присоединения (аутсорсинг - инсорсинг). Эти процессы идут, и они не смертельны, потому что остаётся взаимосвязь между головным предприятием и выведенным в аутсорсинг. А что будет с теми условиями, которые прописаны в коллективном договоре? Я не хочу вам говорить неправду. Законодательство на этот счёт никаких гарантий не даёт.  Всё упирается в возможности юридического лица,  которое будет образовано в результате  вывода на аутсорсинг. Какой будет уровень взаимоотношений с головным предприятием, законодатели не прописали. Возможно, оно будет  на 80-90 процентов обеспечивать вас заказами, а 20-30 предложит искать на стороне, чтобы поддерживать предприятие и обеспечивать экономическое наполнение коллективного договора. При переходном периоде, который может варьироваться от года до трёх лет, в зависимости оттого, как это прописано в действующем коллективном договоре,  в ходе выделения предприятия, действие колдоговора распространяется  на выделенное предприятие до окончания действия колдоговора. Но так может и произойти. Как правило,  дополнительное соглашение заключается на год-полтора, для выведенных работников сохраняется уровень льгот, который был в головном предприятии. Дальше вступает в силу механизм: есть у новых работодателей возможность содержать уровень колдоговора на уровне головного предприятия, тогда можно будет добиваться этого через нашу профсоюзную структуру. Нет, - ничего не сделаешь! Такая система есть. Она для нас очень сложная, но на этом этапе трудно что-то сделать. Хотелось бы пообещать сохранение колдоговора, но всё будет зависеть от финансового состояния предприятия, в которое вас выведут.

 В своё время на Северстали было выделено в структуру сервиса около тысячи человек. Там была очень низкая зарплата, не было колдоговора. С большим трудом создали профсоюзную организацию. Сейчас это фирма «Промсервис», достаточно большая организация с численностью  шесть тысяч человек, заключили колдоговор и уровень зарплаты, независимо от всех гарантий Северстали, резко возрос. Аутсорсинг не самое страшное. Страшно то, что когда людей выводят из головного предприятия, мы на головном предприятии забываем  об этих людях.  Знаменитый пример слияния в Новокузнецке двух комбинатов КМК и ЗапСИба. Профком сохранился, он обслуживал 17 организаций, которые были выведены в аутсорсинг и был востребован. Люди не потерялись. Это зависит от нас, от профсоюзных лидеров, от того, насколько мы внимательны к людям. Не будем лукавить, экономические показатели аутсорсинговых предприятий выглядят похуже.

Давайте работать в рамках действующих нормативов. Безналичное перечисление профсоюзных взносов мы имеем право требовать по закону. Никто не мешает сохранять членов профсоюза при выведении в аутсорсинг. Занимайтесь! Достаточно наработано опыта, поднимайте постановления Исполкома ЦС, там есть рекомендации, как сохранять профорганизации. Право выбора остаётся за членами профсоюза, где им остаться!

   Есть и другая проблема, которая существует внутри нашего профсоюза. И мы не случайно приехали к вам, чтобы поинтересоваться, попытаться понять,  почему  у нас  приличное количество людей, работающих на наших предприятиях, где есть профсоюзные организации, не хотят вступать в профсоюз? У меня вопрос к профсоюзному активу Стойленского ГОКа: почему 70 процентов работников не хотят вступать в профсоюз?  Я не хочу никого обвинять, выступать в роли третейского судьи, вешать ярлыки, моя цель - понять, почему так происходит?

   У нас достаточно примеров, когда при повышении уровня заработной платы вдруг наблюдалась картина, когда высокооплачиваемая категория рабочих стала выходить из профсоюза.  Есть такие примеры, но они не носили обвального характера. Как правило, это были люди предпенсионного возраста, получившие определённые набор социальных благ.  К примеру,  все профсоюзы Турции разбиты на три федерации, где одна часть работников объединилась по религиозным признакам. Может быть,  у вас тут такие религиозные течения, которые не желают объединяться по профессиональному признаку? Так, вроде в Белгородской области межнациональных конфликтов не наблюдается...

   Ослабление профсоюза, которое вызывается процессами, инициированными работодателями, конечно, идёт. Сюда свою лепту вносит и ряд наших «доброжелателей» и правительство. Но ведь идут процессы, ослабляющие профсоюз из-за нашей недоработки. Уж эти-то явления мы обязаны проанализировать и приостановить! А в чём-то  закрепиться и начать развитие.

Вы знаете, что есть решения Исполкома и Пленума Центрального Совета о том, чтобы  провести анализ уровня профсоюзного членства, замедления падения численности. Окончательного результата исследования пока нет, нет роста, о котором мы могли бы говорить. Не зафиксирован процесс замедления оттока членов профсоюза. Но во многих профсоюзных организациях, изучив положение дел, вскрыли какие-то свои узкие места, стали заниматься и положительный процесс пошёл. Таких примеров достаточно. Особенно яркий пример по Свердловской областной организации, она крупнее, чем ваша и предприятий там в три раза больше и все они разные.

  Каждый должен спросить себя, и мы должны сообща поразмыслить: почему люди держатся в стороне от профсоюзного движения? Основная масса работников ОЭМК, СГОКа живёт в Старом Осколе, люди общаются между собой. Почему на ОЭМК многочисленная организация, а у вас - малочисленная?  Основная масса рабочих полагает: мы вас наняли, а вы будьте любезны, заключите колдоговор. И если раньше ОТС было своеобразным показателем,  к которому надо стремиться или от которого надо отталкиваться, то теперь даже крупные предприятия в момент переговоров по колдоговорам  взяли его за основу. И даже там, где раньше зарплата превышала ОТС в полтора-два раза, сейчас работодатели говорят: мы на 10 процентов подняли зарплату, свои обязательства выполнили и точка. С чем это связано?  Вы что думаете, если в комиссию по подготовке ОТС на 2013 год мы соберём самых умных,  опытных переговорщиков с железной аргументацией, мы  словесными перепалками, фактами, убеждениями достигнем договорённости, и работодатели возьмут и просто так нам повысят показатели по зарплате?

  Сейчас ситуация складывается так: прогнозируемая инфляция на год - 6 процентов. Не очень простое положение в течение 2012 года сложилось со сбытом продукции. Тут и  падение спроса, и неспокойная экономическая обстановка в Америке и других странах. Норма прибыли на предприятиях отрасли снизилась на 23 процента по сравнению с 2011 годом. Вот  они внешние показатели, которые дают право работодателю ставить вопрос: а откуда мы возьмём средства, чтобы  обеспечить эти 10 процентов повышения? Предприятие предприятию рознь.  На одних для этого есть все условия, но они будут аргументировать: а чем мы хуже других? Почему мы должны платить рабочим больше, чем другие?

   У нас предстоят сложности в отстаивании своей позиции. И мы будем обсуждать эту тему с  руководителями первичек. И мы планируем уже в июне провести совещание, где пойдёт речь о том, каким образом мы будем поддерживать  требования, которые выдвинет тарифная комиссия нашего профсоюза.

Давайте зададим себе вопрос: с одной стороны законодательство нам не разрешает проводить Всероссийские акции. Если где-то на отдельно взятом предприятии развивать трудовые споры до забастовки, - тоже сложные процедуры. Мы найдём способы, чтобы не нарушив законодательства, выразить свой протест. Ответьте мне: сколько людей пойдёт за вами?

   Мы должны с людьми работать. Не будет  движения вперёд,  само собой ничего не сделается, если  потребительски относиться к профсоюзу. Это уже не срабатывает. Можно соловьём заливаться перед работодателем, причём не перед акционерами, которые непосредственно принимают решения о финансовых вливаниях, а перед работодателями, которому отведён  определённый финансовый диапазон. Какие бы аргументы ты ни приводил, за рамки этого диапазона он не выйдет. Чтобы заставить превысить указанные рамки, мы сами должны что-то сделать!  Годами об этом говорим.  А время пришло такое,  что с нами будут считаться и многие акционеры , работодатели найдут возможность перевыполнить минимальный норматив, который они для себя закладывают, но для этого нам надо показать, что они имеют дело не со сборищем одиночек, а с коллективом. И завтра может произойти непредвиденное ими.

   В одной из Европейских стран работодатели выдвинули иск профсоюзу, через 2,5 года  доказав через суды, что профсоюз незаконно провел забастовку. Иск за то, что в ходе забастовки они понесли убытки, составил 5,5 миллиона евро.  Забастовка была всего два дня! Это большие деньги для европейских предприятий. Мы боимся в это поверить, но в нашем профсоюзе достаточно примеров, когда, объединившись в первичных организациях, наши коллеги добивались гораздо большего.

В крупных организациях проще договариваться, потому что там 90 процентов - члены профсоюза. Работодатель отдаёт себе отчёт в том, что если что-то вдруг произойдёт,  да найдутся талантливые организаторы среди лидеров профсоюза,  они смогут поднять массу людей.   Своим единством добиваются большего и  не очень крупные предприятия. Наш профсоюз - многогранная организация.

Самое главное - зарплата! Если  с эти вопросом что-то решается,  это служит дополнительным условием привлечения людей в ряды профсоюза. Многие из тех, кто не является нашими товарищами, просто не слышали о том, что доход, который они сегодня получают, является результатом труда в том числе и профсоюза. На фоне падения объёмов и реализации продукции, когда экономические показатели не самые лучшие,  в этой ситуации при отсутствии и профсоюзной организации  вы думаете, работодатель пойдёт на повышение зарплаты?  Он и минимального предела платить не будет!  Так нужен или не нужен профсоюз?!

   У нас масса таких организаций, которые на правах структурных подразделений остаются в первичках. Другое дело - заключение колдоговоров. У нас минимум четвёртая ситуация, в которой  мы разбираемся, когда выделяют отдельные подразделения. Законодательство пока не определяет  порядок и характер заключения колдоговоров. На ЗапСибе нам понадобилось два  с половиной года, чтобы там приступили к заключению коллективного договора. Аналогичная ситуация происходит в  ООО «Клининговая компания» (КЛИНКОМ), возглавляемого Владимиром Рыжковым (ОАО «НЛМК»). Пока этот вопрос решить не просто, но мы ведём консультации, нам не отказывают, но если этим вопросом не заниматься, то уж точно ничего не будет! Некотороые вопросы за день не решить, надо добраться терпения.

 В последнее время  Российское профсоюзное движение под флагом ФНПР занимается законодательством по социальным вопросам. Мы принимаем  минимальную зарплату 5205 рублей. Поверьте, предложения у профсоюзов были совершенно другие. Мы не добились уровня минимальной зарплаты на уровне прожиточного минимума, но это не значит, что работа остановлена. Вышел закон о потребительской корзине, на основе которой будет рассчитываться уровень прожиточного минимума. Там изменились подходы: продукты учитывается в рублях, а услуги и непродовольственные товары - в процентах. Причём проценты мы предлагали в соотношении  30 и 70, но пока не добились. Будем продолжать. Не надо складывать руки, бездействие нас не оправдывает.

Возможности у профкомов, в которых профсоюзное членство 90 процентов и 30 процентов, конечно, рознятся. Больше возможности там, где большая финансовая независимость. И появляется возможность привлечь каких-то специалистов, информационщиков, которые будут доводить до людей результаты той деятельности, которую мы можем показать. Я не буду скрывать, ряд моментов  мы не можем даже озвучить. Иногда можно в кулуарном разговоре решить вопрос, но озвучить его нельзя. Но то, что можно доводить до сведения людей, надо доводить!

Разве мы, приходя каждый день на работу,  думаем, как вовлечь своих товарищей в профсоюз? Раз не получилось разговора, два, но на третий раз человек всё-таки задумается о пользе солидарности. Не сомневаюсь, что и вы искали мотивационные пути для увеличения численности. Но провели акцию и больше года три к этому не возвращались. Повторение - мать учения. Этим надо заниматься!

   Мы сегодня встречались с профактивом ЛГОКа. Прислали коллективное письмо, из которого видно: люди просто не информированы. Они не понимают, что давно изменилось законодательство, порядок формирования отпускных. Что теперь отпуск 28 календарных дней - и не больше!  В Японии, например, - 14 дней отпуск. Надо, чтобы члены профсоюза знали: всё изменилось. Было время, когда шахтёрам-угольщикам давали по 20-30 дней дополнительного отпуска, чтобы привлечь их в отрасль. Потом пришло новое поколение, которое приняло это как должное.  Не смогли вовремя сделать какие-то поправки, не отстояли, теперь извините!

 Не так много времени прошло, как завершил съезд свою работу. Прошёл год со дня съезда, и мы подводим итоги. Картина не очень радостная. Падение численности  работающих в отрасли неуклонно продолжается. За 12-й год мы потеряли 25 тысяч членов профсоюза  и примерно такое же количество работающих в отрасли. Это солидная цифра. Отрасль продолжает развиваться, технологии совершенствуются, вводятся новые технологии, открываются новые предприятия и, естественно, повышение производительности идёт  за счёт сокращения численности работающих. Процессы неизбежны, наверное, по-своему, естественны. Это планируемая убыль численности. Через это прошли все развитые страны с металлургической отраслью.

   По разным оценкам наша отрасль должна будет остановиться на  численности 300-400 тысяч работников. В настоящее время нас 545 тысяч.  Ещё год назад было 570. В течение 12 года мы проводили много различных форумов: пленумов, семинаров, заседаний, посвящённых теме усилий на поддержание профсоюзного членства. Для нас важно, чтобы  уровень охвата  стабилизировался и начал возрастать. К примеру, из 26 территориальных организаций у нас только 7 по численности соответствуют среднеотраслевому уровню. 19  - ниже среднеотраслевого. И у нас он составляет ровно 70 процентов, хотя  были годы, когда этот показатель достигал 84 процентов. Голову пеплом посыпать не надо, 15-20 процентов работающих в наших отраслях и не должны быть членами профсоюза.  Руководители, менеджмент представляют сторону работодателя, и в большинство стран не входят в члены профсоюза.  Но 80- 85 процентов - это тот показатель, который мы должны поддерживать. Проанализировав ситуацию, будем предпринимать усиленные попытки выяснить причины оттока людей.  Есть предприятия, где не занимаются членством. Многие организации внимательно отнеслись  к посылам ЦС.

По сравнению с 11 годом у нас на три тысячи человек увеличилась численность. В 11 году мы приняли 41 тысячу новых членов, а в 12-м - 44  тысячи с лишним. А кто-то продолжает делать вид, что работает! Падение членства на фоне сокращения работающих в отрасли, конечно, приведёт к тому, что будет меньше общественных сил, которые смогут защищать  работающего человека, будь то  металлурги, горняки, химики, энергетики - это не принципиально. Своей пассивностью мы поможем активному движению, которое сейчас активно развивается и в мире, и в России: а это движение заключается в массированной,  хорошо закамуфлированной попытке ослабить профсоюзное движение. Проблемы с падением членства давно волнуют все профсоюзы мира. Я приведу пример: «IG Metall» - хороший профсоюз, у которого есть чему поучиться. Там тоже несколько лет назад стали заниматься этой проблемой и  с гордостью констатируют, что в этом году  численность  увеличилась на шесть тысяч человек. В основном за счёт притока молодёжи. Чтобы понимать, как эти цифры соотносятся, напомню: мы вели речь о 570 тысячах членов профсоюза, а «IG Metall»  - 2 миллиона 300 тысяч членов профсоюза. На таком фоне важен сам факт прироста, поступательное движение. Они где-то стабилизировались и начали прирастать. Наши коллеги из Германии разработали отдельное направление по работе с молодёжью.   Вне всякого сомнения, у них самая важная проблема - заёмный труд. Вреднейший факт в построении трудовых отношений.

Если мы будем слабеть  по причине падения численности, а наши противники будут ещё более активизироваться, имея сильнейшее лобби в законодательных органах,   профсоюзному движению останется не так много времени на  жизнь. Опасения наши не случайны.  В Белгородской области довольно высокий охват профсоюзным членством. Хорошие партнёрские отношения на ОЭМК и на других предприятиях, но в мире нет ничего вечного. Завтра сменится руководство  - и всё!

  В 2013 году на майском пленуме будем  утверждать проект профсоюзной стороны по ОТС на 14-й год и во второй половине года  приступим к его заключению. К сожалению, фон для переговоров не очень хорош. Легче заключать договоры, когда более-менее стабильная и даже прогрессирующая экономическая обстановка. По нашей отрасли по основным её видам плановые показатели более-менее выполнили металлурги - чугун, прокат, трубы. Снижение по коксу, руде, цветмету. Падение идёт на фоне растущих тарифов на энергоносители, не сдерживаемых государством. Это усугубляет положение наших предприятий, особенно тех, в которые не было вложено инвестиций. По алюминиевому производству четыре предприятия намечены к закрытию. И этот процесс будет продолжаться.

Мы не получаем удовлетворения и от действия правительства. Президент даёт поручения правительству, а оно делает всё, чтобы отчитаться перед президентом! Но предложения правительства просто не могут быть выполнены в том виде, который они предлагают. Выдают документ, и мы не можем представить: нормальный человек писал его или нет?! Понимает ли автор идеи, что происходит в государстве или нет?! И это накладывает серьёзный отпечаток на нашу деятельность. Не исключена наша активизация на 1 мая и осенью. Мы должны будем доказать работодателям, что такой-то процент повышения они в силах выполнить. Мы  наверняка услышим от работодателей: плохая ситуация, плохой сбыт, слабая экономика и так далее. Мы всегда это слышим. Наш базовый посыл оптимистичен: у вас есть запас, у вас неплохие условия. Но нам нужна будет поддержка от широких масс профсоюзов и даже трудовых коллективов.

Нет доступной понятной схемы начисления пенсий, но ряд посылов уже реализуется. Уже дополнительная нагрузка на работодателя есть. Предпринимаются все усилия, чтобы сохранить досрочные выходы на пенсию. Но много сторонников теории о том, что всё должно решаться через зарплату, а пенсионный возраст для разных категорий работников,  мужчин и женщин  должен быть одинаков. По тем проектам, которые публиковались, выходит, чтобы отработать 40 лет, человек должен будет трудиться до 62-63 лет.  Под хорошими вывесками и лозунгами РСПП наступает, и нам надо быть очень внимательными.

Есть и положительные моменты. Худо-бедно мы миновали вторую волну кризиса, он не получил развития, появилась какая-то стабильность. 

870-е  не совсем грамотно подготовленное  постановление, подписанное Путиным, которое порождало бескомпромиссную ситуацию,   четвёртый год  работа над ним ведётся постоянно.  Оно просто блокируется. Мы работаем в общем строю со всеми профсоюзами по этому постановлению. Заседание  рабочих групп повторяется раз в месяц, думаю, до лета протянется. Но те предложения, которые исходят от министерства труда,  не воспринимаются профсоюзом или работодателем. Почвы для достижения договорённостей пока нет.  Одним из достигнутых компромиссов и явилось изменение положения об аттестации рабочих. 17 января объединённые рабочие группы (их шесть) рассматривали вопросы об изменениях и дополнениях по аттестации. Там были сделаны серьёзные замечания, которые должны были  устранить некоторую абсурдность документа. И вдруг через полторы недели мы видим, что обсуждение шло на фоне уже приказа, подписанного министром труда  ещё в декабре! Были попытки  просто создать видимость действия. Если бы там не было наших серьёзных замечаний, чиновники отрапортовали бы:  вот приказ, вот обсуждение с социальными партнёрами...  Но не прошло! Сейчас есть  категоричное письмо, подписанное Михаилом Шмаковым  с требованием действия приказа приостановить, министру труда принять меры дисциплинарного воздействия.

Мы потихоньку будем уходить  от такого понятия как «средняя заработная плата». Он не является отражением финансового состояния работника. Большая часть людей на  многих предприятиях на уровне ниже средней зарплаты по предприятию. Это факт. Почти 70 процентов не дотягивают до неё. И качественный показатель, не отражающий действительный доход основной массы работников, нас не устраивает. Мы чаще используем термин «доход»,  который предполагает и бонусные выплаты и позволит делать сравнительные характеристики  доходов работника по годам.  Разговор о тщательной тарификации - это и наше пожелание, но, думаю, революционных сдвигов здесь не произойдёт. Многие тарификационные справочники частично устарели.

По поручению президента ведётся работа над профессиональными стандартами, и это, по-сути, начало работы. И те 800 профессиональных стандартов, которые должны наработать к 2015 году,  в большей степени касаются  госучреждений.  Мы хотели бы  унифицировать системы оплаты труда, но для этого нет побудительных фактов в виде законодательного требования, обязывающего работодателя к этому идти. Всё отпускается на рамки договорённости.  И те 12 компаний, с которыми мы работаем,  вряд ли согласятся на единую систему оплаты труда, единые тарифы для отдельных профессий, которые друг друга повторяют. Мы пытаемся инициировать эту тему, но база очень слабая.

Работодатели стараются, скрипя зубами, выполнить обязательства  по перекрытию роста индекса потребительских цен. А о повышении зарплаты при таких слабых показателях речи практически не идёт. Если в 11 году мы имели среднеотраслевой показатель роста зарплаты, включая индексацию - 16, 5 процента, то по 12-му году мы имеем 10, 5 процента. Еле-еле выполнили обязательства ОТС. Пять процентов падения роста зарплаты. А мы за каждый процент боремся. Некоторые предприятия месяцами спорят, чтобы на 1-2 процента увеличить рост зарплаты. Предварительные консультации, переговоры, частные беседы показали: посылы от  компаний на 2013 год идут в пределах 5-6 процентов по ОТС. Конечно, нас это не устроит. Мы будем стремиться к маячку, к которому должны прийти в 2017 -  62 тысячи рублей средняя зарплата по отрасли. Мы должны добиваться ежегодного увеличения  не менее 10 процентов, чтобы выйти на этот показатель. И я не исключаю того, что на уровне переговоров, цифровой аргументации мы сможем добиться большего. Все эмоциональные аргументы при заключении ОТС так и остаются эмоциональными выступлениями, не больше! Нам придётся серьёзно разговаривать с компаниями. А для этого надо показать свою сплочённость и солидарность. И мы будем  до заключения ОТС вести подготовительную работу вместе с вами и другими выборными органами, чтобы  совместными усилиями подействовать на работодателей.  

Материал подготовлен

информцентром обкома ГМПР

Профсоюз защищает

 

 

loading...

Наши издания

Информационный листок № 2 (61) апрель 2018 г.
Информационный листок №1 (60) март 2018 г.
Информационный вестник № 10.2 (28) октябрь 2018
Информационный вестник № 6 (23) июнь 2018
Информационный вестник № 1 (31) январь 2019
Информационный вестник № 5 (22) июнь 2018
Информационный вестник № 9 (26) сентябрь 2018
Информационный вестник № 10 (27) октябрь 2018
Информационный вестник № 12 (30) декабрь 2018
Информационный вестник № 10.2 (28) октябрь 2018
Previous Next Play Pause